Техно-спорт

Для счастья у меня есть все: своя команда в своей стране

Первое интервью с тренером я сделала по телефону, спустя несколько

дней после возвращения из Сиднея: Екимов и Кузнецов направлялись

в Испанию. Тогда же, помню, пыталась понять: где все-таки живет

тренер: в Санкт-Петербурге, где находится созданный им знаменитый

велоклуб «Локосфинкс», или же в испанской Тартосе. Рассказы

близких к велокругам людей рисовали Кузнецова владельцем некоего

обширного поместья со спортивно-крестьянским укладом, где гонщики

в промежутках между многочасовыми тренировками копают огород, выращивая

зелень и овощи к собственному столу.

В начале июня на Кубке мира по велотреку в Польше я, наконец, познакомилась

с Кузнецовым лично. Он привез в Польшу нескольких учеников, во главе

с призером Олимпийских игр в Сиднее Алексеем Марковым. Правда, в

первый же день соревнований, после финиша индивидуальной гонки преследования,

где Марков стал третьим, предупредил: «Особых результатов не

ждите. Для нас эти соревнования - проходной этап».

Когда я заметила, что на мой взгляд Маркову было по силам выиграть,

Кузнецов категорично ответил:

- Нет. Чтобы выигрывать у Йенса Леманна, должна быть нормальная,

полноценная подготовка к конкретному старту. У нас ее не было. И

не планировалось. Через несколько дней начинается многодневная шоссейная

гонка по Испании. Поэтому мы и работали на шоссе. На треке же провели

лишь три тренировки.

- Вы говорили в предыдущем интервью, что будущее каждого трековика

- шоссе.

- Готов повторить и сейчас. Шоссе - это деньги. Поэтому шоссейное

направление преобладает в велоспорте в целом.

- Зачем же, не имея серьезных целей, вы заявили Маркова почти во

всех видах программы? Индивидуальной гонке, командной, гонке по

очкам, парной...

- На сегодняшний день Алексей является первым номером российской

сборной. Цель тоже есть - надо попытаться заработать путевеки на

сентябрьский чемпионат мира.

- На Олимпийских играх трековики сейчас разыгрывают целых 12 медалей.

Мне показалось что по этой причине многие страны стали проявлять

к подготовке своих трековиков особо пристальное внимание. Например,

Англия.

- Не только. Посмотрите, что делают сейчас китайцы: 18 велотреков

должны войти в строй в ближайшие годы. Да и в других странах в подготовку

вливаются колоссальные деньги. Англичане же сделали мощный рывок

после 1992 года, когда Крис Бордмэн выиграл индивидуальную гонку

на Играх в Барселоне. После его победы в Манчестере очень оперативно

построили прекрасный крытый велотрек, на котором Бордмэн, уже став

профессионалом, установил часовой рекорд. Под Сидней англичане вообще

разработали специальную программу. Поэтому и выглядели там сильнее

многих.

- А на что, на ваш взгляд, способны рассчитывать российские гонщики?

- На данный момент велоспорт в России напоминает догорающую свечу.

Но шанс возродить его есть. Шанс этот дал Игорь Макаров.

- То есть, компания «Итера»?

- За любым начинанием всегда стоят конкретные люди. В «Итере»

это ее президент. Наверное, в этом есть логика. Когда-то велоспорт

принял участие в развитии и становлении Макарова, как спортсмена,

теперь благодарное дите помогает велоспорту. Он очень сильно поддержал

наш центр в Питере. Сделал это, думаю, из уважения к самому клубу,

к его истории.

- Но ведь вы почти постоянно находитесь не в Санкт-Петербурге, а

в Испании?

- Кто вам сказал? Испания - это тренировочная база. Такая же, какая

в свое время была у нас в Душанбе. Сейчас она в Тартосе.

- Какие там условия для тренировок?

- Прекрасные. Удобные трассы, хороший климат, свои помещения...Своя

собственность.

- Не совсем поняла: собственность российской федерации велоспорта,

или «Итеры»?

- Как же вы, журналисты, любите эти вопросы. Какая разница, чья

собственность? Моя личная! Эту базу купил Екимов. Оформлена она

на меня.

- И вы сами построили все необходимое?

- Какие-то помещения существовали. Там когда-то располагалась птицефабрика.

Мы многое перестроили, переоборудовали своими силами. Создали своего

рода велофабрику. Главное, сохраняется вся цепочка: детская школа,

интернат, центр олимпийской подготовки. И тренировочная база. Я

стараюсь работать так, как работал всегда. Хотя, естественно, по

сравнению советскими временами, проблем больше. Последние 10 лет

клуб находился на полном самообеспечении. Немного помогали олимпийский

комитет, спорткомитет Санкт-Петербурга, но основная нагрузка ложилась

на нас. Мы строили помещения, сдавали их в аренду, получали деньги.

Несколько зданий сейчас уже входят в собственность клуба.

- То есть уже можете позволить себе не думать, где и как заработать,

а заниматься исключительно тренерской работой?

- Пока нет. Любой бизнес - довольно сложная вещь. Для того, чтобы

он не развалился, ему надо уделять много времени. И велоспорт требует

больших денег. Получается, вынимая деньги на спорт, бизнес мы подрываем.

Поэтому и развивались медленно. С подключением «Итеры»

стало полегче. Можно позволить себе подумать, например, о враче,

о массажисте, которых в команде пока нет.

- Официально вы считаетесь тренером группы «Итера»?

- Нет. «Итера» стала партнером нашего питерского центра,

которому уже тридцать с лишним лет. И теперь мы вместе продолжаем

то, что когда-то было начато в Питере.

- Я хочу прояснить другое. «Итера» помогает вам из любви

к искусству, или же хочет в будущем получить какой-то конкретный

результат? И ставит ли перед вами какие-то конкретные задачи?

- Отдаленная цель - Тур де Франс. Подготовить и выставить свою шоссейную

профессиональную команду. Для этого есть два пути. Первый - купить

готовую команду и наклеить на нее свою рекламу. Второй - создать

условия российским гонщикам, дать им возможность встать на ноги

и уже потом добавить к ним лидеров как из стран СНГ, так и со всего

мира.

- Насколько реально с вашей точки зрения сделать профессиональную

команду на российской основе?

- Процесс это длительный. Считается, что высококвалифицированного

гонщика можно подготовить за десять лет. Поскольку мы начинаем не

с полного нуля, я просил дать мне два года на то, чтобы заложить

основу. Думаю по-настоящему для создания команды потребуется порядка

пяти лет.

- На этом фоне трек представляет для вас какой-то интерес, или участие

в соревнованиях - вынужденная необходимость?

- Мы же не на Луне находимся, а продолжаем выступать под российским

флагом. Трек - это прежде всего олимпийские дисциплины, чемпионат

мира, ну и потом трековая подготовка необходима любому шоссейнику.

На треке приобретается скорость, умение владеть велосипедом, тактическое

мышление. Потом все это реализуется на шоссе. Тот же Абрахам Олано

- один из сильнейших на сегодня профессиональных гонщиков - был

чемпионом Испании в километровой гонке на треке.

- Вы сказали чуть ранее, что интерес к треку постоянно растет, но

ведь даже здесь, в Польше - признанной велосипедной стране - бросается

в глаза полное безразличие публики к тому, что происходит на велодроме.

В то же время слышала, что ночная ветеранская шоссейная гонка, которая

проводилась в дни Кубка мира, собрала 20 тысяч зрителей, несмотря

на время суток, холод и дождь.

- О-ой... Ну вы сами это видели? Нет? И верите в это? Интерес к

шоссе он же...как вам сказать... Если перегородить улицы, то зритель

соберется где угодно. Ведь объехать, пока идет гонка, невозможно.

Особенно наглядно это видно в маленьких городках Италии: все перегородили,

народ собрали, и поехали. С треком сложнее. Надо купить билет, прийти

на стадион, сесть на трибуну...

- Ну, допустим. Насколько серьезно, кстати, вы относитесь к выступлению

своих спортсменов в сентябрьском чемпионате мира в Антверпене?

- Пробуем туда отобраться. Естественно, будем готовиться и к Олимпийским

играм в Афинах. Но сейчас решаем более первостепенную задачу - адаптироваться

к шоссейным гонкам.

- Почему местом для основных тренировок вы выбрали Испанию?

- Гостеприимная страна. Значительно гостеприимнее, чем Германия,

Бельгия, Голландия. Но самое важное - климатические условия и рельеф.

Бельгия - это дожди и равнина. А в Испании солнце, горы. Очень похоже

на Душанбе, который в свое время мы выбирали для подготовки по тому

же принципу.

- Навык езды в горах настолько важен?

- Гонки на шоссе - это, прежде всего, Тур де Франс, Джиро дИталия.

Все это - горы. Да и все чемпионаты мира проводятся на горных трассах.

С этой точки зрения в Тартосе идеальные условия для тренировок.

- А возможность тренироваться на треке в Питере или Тартосе у вашего

клуба есть?

- Есть велодром в Валенсии, куда всегда можно поехать, когда команда

находится в Испании, есть в Крылатском. Подготовка к выступлениям

на треке всегда должна быть конкретной, в зависимости от того, где

будет проводиться тот или иной чемпионат. Проблема действительно

существует. Думаю, все чемпионаты мира и Олимпийские игры в самое

ближайшее время начнут проводиться на 250-метровых стадионах. Это

гораздо более зрелищно, чем на 400-метровых, как здесь - в Щецине.

Длинна трека в Крылатском 333 метра. Короткий трек требует совершенно

иной тактики, стратегии, проведения заездов. И если всерьез думать

об олимпийских медалях, нужно дополнять то же Крылатское 250-метровым

велодромом.

- Возможность строительства подобного сооружения в Санкт-Петербурге

вы рассматриваете?

- Более того, строим. Но пока делаем это силами собственного клуба.

И очень надеемся на помощь министерства путей сообщения. Все-таки «Локосфинкс» имеет непосредственное отношение к железнодорожникам.

- А как решаете вопросы с техникой? Тоже самостоятельно?

- Контрактов с какой-то конкретной фирмой у нас нет. Но учитывая

уровень спортсменов и то, что центр довольно высоко котируется,

мы получаем все с большими скидками.

- Ваша жена - выдающаяся в прошлом гонщица, а чем занимаются дети?

- Сын работает, помогает мне в Питере - он серебряный призер Игр

в Атланте в командной гонке, чемпион мира, но за пару лет до Сиднея

прекратил выступать - устал. Дочка играет в теннис в академии Санчеса

в Барселоне. Кочующий ребенок.

- Многие гонщики советского поколения до сих пор, знаю, с сожалением

вспоминают о том, что у них не было никакой возможности уехать выступать

в профессиональные клубы. А вам в те времена хотелось посмотреть

на профессиональный спорт изнутри?

- Нет. Лично я вообще считаю то время прекраснейшим. Для всех. Конечно,

кто-то из любителей мог состояться и в профессионалах. Таких, думаю,

надо было отпускать. С другой стороны, и тренеры и спортсмены имели

все необходимое для себя, для своих детей, для работы. В той же

Испании, если человек имеет даже маленькое собственное дело, он

закручен с утра и до ночи. Мы были так закручены? Да никогда! С

точки зрения результатов пиком достижений советского велосипедного

спорта был 1988 год. Из шести олимпийских медалей Сеула у нас оказалось

четыре золота, серебро и бронза. А ведь во всех видах программы

имелся еще и второй состав, который практически не уступал первому.

Что же касается материальной стороны, напомню, что размер олимпийской

премии вполне позволял купить и квартиру и машину.

- Несмотря на это после развала Союза многие тренеры стремились

уехать за границу.

- Все равно рано или поздно потянет домой. Жить надо там, где родился.

Всякий отъезд в моем понимании - это признание того, что человек

неспособен заработать деньги в собственной.

- А предлагали контракты?

- Конечно. Но я всегда считал, что надо стремиться самому нанимать

людей, а не чтобы нанимали меня. Как в том анекдоте: «У вас

есть знакомый в банке?» - «Нет, у меня есть банк».

2001 год